e5b7f8cd     

Никитин Юрий - Гиперборей



sf_heroic Юрий Никитин Гиперборей Волхв Олег в отшельничестве постигает в лесу Истину. Но жестокий набег дикого племени заставляет Олега взять в руки оружие и вернуться в мир зла и насилия. Он должен привести на княжение отважного Рюрика, и в этом ему поможет странная, загадочная женщина Гульча.
ru ru CarBit carbit@tula.net FB Tools 2004-12-14 A1059A42-A5A0-444E-ABC1-80B5EF7E199F 1.0 Гиперборей ЭКСМО 2000 5-227-01049-8 Юрий Никитин Гиперборей Серия: Миры Юрия Никитина Издательство: ЭКСМО, 2000 г. Твердый переплет, 480 стр. ISBN 5-227-01049-8 Тираж: 8000 экз. Формат: 84x108/32 Юрий Никитин.
Гиперборей.
ГЛАВА 1
Олег услышал приближающийся конский топот. На поляну выметнулся храпящий конь. Всадник был огромен, лют, за плечами трепыхалась шкура барса, на шее болталось ожерелье из волчьих и медвежьих клыков.

Следом через чащу проломились двое дулебских слуг, кони под ними шатались, роняли пену.
— Светлый обрин, собаки потеряли след оленя!
— Каджи вас побери с такими псами! — заорал всадник в шкуре барса.
Плеть свистнула, дулеб вскинул ладони, но узкая полоска кожи с треском распорола рубаху на спине. Конь под дулебом всхрапнул, вздыбился, едва не выбросив седока из седла, понесся через кусты.
Обрин, не выпуская плети, повернулся к Олегу. Тот сидел на пороге пещеры, рядом на плоском камне сушились травы, корни, ягоды. Глаза обрина налились кровью.
— Молитвами живешь? А почему олень исчез? Почему псы след потеряли? Кто ты есть, тварь?
Олег низко поклонился:
— Пещерник я, светлый хозяин.
— Пещерник, — прорычал обрин, щеря острые зубы. Его пальцы крепче сжали плеть, конь гарцевал, боком приближаясь к пещере. — Гнушаешься нашей жизни, с богами дружишь... На колени!
Олег поспешно упал на колени. Обрин с наслаждением — даже привстал на стременах! — обрушил плеть на сгорбленную спину. Рубаха лопнула, обнажив худую спину с резко выступающим хребтом.

Поперек спины запылала кровавая полоса.
Обрин остановил коня, процедил сквозь зубы:
— Плечи как у быка, а от жизни прячешься... Тварь!
Люто свистнула плеть, рубаха лопнула в другом месте. Вздулся длинный красный рубец. Налитые кровью глаза обрина выпучились, он часто задышал. Плеть засвистела в воздухе, на землю, как осенние листья, опали обагренные кровью лохмотья рубахи.

Колени были на земле, голова покорно опущена. Худое жилистое тело вздрагивало под свирепыми ударами. Спину крест-накрест исполосовали багровые рубцы, а плеть все так же зловеще взлетала над головой.
На поляну продрались, круша кусты, обрины и кучка пеших загонщиков из примученных дулебов. Обрин осатанел, на синих губах повисла пена. Он что-то орал, оскалив зубы как зверь. Конь испуганно дергался, дрожал от щелкающих ударов.

В воздухе запахло свежей кровью.
Один из обринов подъехал к всаднику с плетью, с готовностью бросил ладонь на рукоять меча:
— Тарган, позволь! Я смахну ему голову.
Обрин задержал руку с плетью над головой, оглянулся:
— Чего?
Воин медленно потянул из ножен меч.
— Плетью забивать долго... А так с одного маху.
Обрин повернулся к стоящему на коленях пещернику. Окровавленные полосы рубашки свисали до земли, словно лыко, содранное свирепым медведем с липы, спина и шея безобразно вздувались переплетением багровых рубцов, многие сочились кровью. Невесть откуда налетели крупные, как жуки, зеленые мухи, со злобным жужжанием падали на спину, жадно лизали сукровицу.
— Пусть поживет, — буркнул обрин. Он сунул плеть за пояс. — А то скоро пороть будет некого.
Гридни захохотали. Обрин повернул коня, копыта прогрохотали мимо пещеры О



Назад