e5b7f8cd     

Никитин Юрий - Муравьи



sf Юрий Никитин Муравьи ru ru Roland ronaton@gmail.com FB Tools 2005-09-27 7004B913-DE9E-4BD6-A8AE-29CA2E6336CC 1.0 Юрий Никитин
Муравьи
— …На каждую амазонку в колонии полиергус приходится шесть-семь чужих рабочих, — сказал Натальин, заканчивая лекцию.
В это время в аудиторию заглянули. Натальин сразу ощутил холодок между лопатками, словно кто-то невидимый приложил холодное лезвие к обнаженной спине. Давно ли была первая лекция, когда он настолько разволновался, что выбежал из зала?
— Ам-мазонки полиергус, — сказал он дрожащим голосом и с ужасом почувствовал, что надвигается дикое косноязычие, когда он не в состоянии связать и двух слов, — эти амазонки не единственные в своем роде. В следующий раз рассмотрим крупноголового и широкожвалого харпагоксенуса сублевиса, который тоже полностью зависит от рабочих муравьев чужих видов. Я кончил!
По широкому проходу к нему уже спешили двое: директор и незнакомый крупный мужчина с загорелым широким лицом, изрезанным шрамами.
Директор торопливой скороговоркой представил:
— Тролль, заместитель директора по геологоразведке Венеры. Умоляю вас, Натальин, пойдемте быстрее!
Они подхватили Натальина под руки и почти бегом повели к выходу. Рука у замдиректора оказалась прямо железной. Чувствовалось, что он без особых усилий мог бы раздавить локоть преподавателя мирмекологии, словно елочную игрушку.
«Бывший космонавт», — констатировал Натальин с уважением. Ему стало обидно от сознания собственной неполноценности.

Худое и скорбное лицо, кривые зубы, сутулая спина… Наверное, он даже лето не любил по той причине, что приходилось снимать защитный панцирь: пиджак с искусственными плечами. Никакая рубашка не могла скрыть торчащих ребер, плоской грудной клетки, костлявых плеч и длинных худых рук с бледной кожей, к тому же покрытых темными волосами.
У подъезда их ждал автомобиль. Ничего не понимающего Натальина втиснули на заднее сидение. Директор института сел к шоферу, космонавт грузно опустился рядом с Натальином.
Машина рванулась с места, словно прыгнула. Как стрела пронеслась она по узкой улочке и буквально вылетела на магистраль.
— Важное дело, — сказал космонавт. Он сидел огромный и крепкий, как гранитная скала, на поворотах наваливаясь плечом на Натальина, и тот чувствовал, что его грудная клетка сминается, словно воздушный шарик. — Пришла лазерограмма с Венеры: «Срочно пришлите мирмеколога».

А наши спецы, как назло, разбрелись. Кто в отпуске, кто гриппует, двое что-то ищут в сельве Амазонки… И мне порекомендовали обратиться к вам.
— А что случилось? — спросил Натальин слабым голосом.
— Неизвестно. У них малые мощности. Энергию экономят.

Может быть местные муравьи покусали кого-нибудь или погрызли кабель. Вы согласны?
С переднего сидения повернулся директор. От натуги лицо налилось кровью, глаза лезли на лоб.
— Наш институт тоже заинтересован, — сказал он многозначительно. — Учтите это обстоятельство, дорогой Сергей Владимирович!
Машина выскочила за городскую черту, замелькали строгие дома научного центра.
— Вы согласны отправиться и проконсультировать на месте? — спросил бывший космонавт в упор.
Натальин ощутил дрожь в коленях. Куда отправиться?
— Перебросим вас с помощью телетранспортации, — сказал директор, словно космонавтика находилась в его ведомстве, — потребуется уйма энергии, но ведь пришел сигнал опасности… Для нашей страны, где все для человека, все только во имя человека…
Машина на большой скорости понеслась к массивному зданию из серого гранита. Возле подъезда стояли трое в белых халатах.
— Эт



Назад